Явка с повинной.

Несколько раз зарекался не писать больше о нынешней городской власти. Давно все написал и сказал. Еще в ноябре 2016-го все всем стало ясно и без моего «морализаторства». Последние сессии горсовета, в который раз подтвердили – король голый. Конечно, сейчас другие времена, но нас учили, что на такой «срам» даже смотреть негоже, не то, чтобы об этом писать.

Но потратить время на что-либо более достойное не удалось. Не с нашим счастьем.

4 января 2018 года на официальном городском сайте появилась «новость» под названием:

Перелік кримінальних проваджень, щодо фактів заподіяння шкоди міському бюджету та майну, а також про вчинення злочинів посадовими особами органів місцевого самоврядування та депутатами, які перебувають в провадженні СВ Южноукраїнського ВП Первомайського ВП ГУНП в Миколаївській області:

Среди восемнадцати приведенных «фактов» вредительства и преступлений были два под №№ 16 и 17, которые я тут же расценил, как «камни в свой огород».

— №12014150120000799 (самоуправство керуючого справами Южноукраїнської міської ради);

— 12015150120000086 (самоуправство керуючого справами Южноукраїнської міської ради);

И что тут скажешь? Делами исполкома я управлял почти три года? Управлял. Сам управлял? Сам. Вот тебе, Юрий Васильевич, и самоуправство.

Собрав в авоську комплект белья и остатки своего киношного правового самообразования, оставшегося еще с того далекого времени, когда были разрешены к показу «Менты», — я 5 января с утра решил явиться в полицию и сдаться.

На первом этаже ГОПа царило напряжение, соответствующее первой в году пятнице, находящейся к тому же между Новым годом и Рождеством.

Полицейский «на калитке», постоянно «отбивался» по телефону от настойчивых требований немедленно приступить к функциям «конвойного» для сопровождения в суд задержанного, который очевидно ночью проломил очередную голову очередного южноукраинца, для избрания меры пресечения. Параллельно он требовал от начальств найти ему замену «на калитке», при этом по ходу бегло объяснял навязчивым посетителям, что пешего патрулирования в городе давно нет, а из 12 участковых осталось только 4.

Женщина пенсионного возраста, со свеженькой, увесистой гематомой под глазом с трудом усваивала полученную от полицейских информацию о том, что ей надо ехать в Вознесенск и там, рядом с моргом…

— А можно, я поеду завтра?

— Завтра выходной, а после праздников побои уже снять не удастся.

— А что же мне на трассу идти?

Пока я пытался объяснить жертве ночного разбоя, откуда уходят маршрутки и автобусы в сторону Вознесенска, вышедшую по моей просьбе единственную находившеюся на месте женщину-следователя «перехватил» моложавого вида предприниматель:

— Почему вы закрыли дело о краже по моему заявлению? Я же сам поймал этого вора. Я принес вам «вещдоки». Он теперь ходит и смеется мне в лицо. Я буду жаловаться! Я до Киева дойду!

Когда очередь дошла до меня, я уже пожалел, что посмел. Но деваться было некуда. Представившись, как бывший управделами исполкома, я открыл на телефоне городской сайт и молча ткнул пальцем в размещенную там «новость».

— А откуда у них эта информация? – как-то про себя спросила следователь, переписала номера дел меня интересующих и, попросив подождать, ушла к себе.

Воспользовавшись тем, что утренняя суета в полиции немного угомонилась, я спросил у сменившего «конвоира» дежурного правильно ли я понимаю, что в начале цифрового номера этого ЕРДРа (единого реестра досудебных расследований) можно видеть год регистрации? Получив утвердительный ответ, я осознал, что два «моих» дела зарегистрированы одно в 2014, а другое в 2015 году. Быстро пробежавшись по остальным номерам опубликованных дел, я понял, что одиннадцать из них зарегистрированы в 2014, по два в 2013, 2015 и 2017-м и одно в 2016 году.

Информация явно отдавала душком и на свежую новость никак не тянула.

Однако то, о чем поведала вернувшаяся следователь, удивило даже меня, – все восемнадцать дел закрыты давным-давно. Ни по одному из них никому не выдвинуто даже подозрение. Сведения, изложенные в заявлениях не нашли своего подтверждения.

— Так это же произвол, клевета, недостоверная информация! Они что, теперь вечно будут писать, что есть «уголовное производство»? Управделами в городе всего один – это почти персональные данные!

— «Почти» у нас не считается, — холодно ответила следователь — Вы публичная личность, вы находитесь в зоне, где рамки допустимой критики значительно расширены…

— Разве это критика? Они же пишут, что я уголовник!

— Вот и вы пишите…

Следователь явно намекала, что им всем здесь надоели политические разборки под «криминальным соусом», а возможное мое заявление в уголовном производстве — бесперспективно.

Да, я конечно, перед походом в полицию, посмотрел КПК Украины и знал, что если я все же напишу заявление, у меня его обязаны будут принять и выдать бумажку с номером ЕРДР. И будет этот номер занесен в реестр навечно. Но уподобляться своим оппонентам, ходить потом с этой бумагой и кричать, что люди, опубликовавшие недостоверную информацию на официальных сайтах — преступники, я не стал.

Преступником человека может признать только суд и даже не при избрании меры пресечения, после чего общественный интерес к некоторым делам пропадает на годы, а в приговоре суда, вступившем в законную силу.

Люди, которые опубликовали информацию 4 января, преступили совсем другие нормы.

Еще в декабре месяце прекрасно зная, что все дела закрыты, они в социальной памятке «Наш берег» опубликовали их перечень и написали: «Це лише незначна частина з тих понад 20-ти кримінальних справ, які розслідуються. Про хід розслідування ми і надалі будемо інформувати громадськість».

А сам городской голова на этой же страничке бюджетного издания отсылает читателя к этой «дохлой кошке» и призывает:

«Подивіться в перелік справ за сусідньою колонкою – «Може мало вкрали?» і збагніть, де ваше справжнє місце». Я так понимаю мертворожденне уголовные дела — это «проявитель», а «Наш берег» — «закрепитель». Ур…, су.., ре….., нехорошие люди, а номера своих дел, к тому же еще не закрытых, чего же не опубликовали? На действующего городского голову — за незаконное увольнение, на нынешнего начальника юротдела исполкома — за избиение неугодного власти депутата, на двух депутатов от «Едности», да еще и председателей депутатских комиссий, — за казнокрадство…

Берег власти вокруг нынешнего мэра сжимается как шагреневая кожа. Постепенно он превращается даже не в бухту, а наполненный болотом пруд, источающий зловоние лжи и лицемерия.

Власть явно блефует и кормит людей тухлятиной. Но кошка — мертвая. И, давно замечено, сброшенная с 20 этажа долетев до земли, она обязательно подскочит, но, увы, более живой не станет.

Об этом — в следующей публикации.

10.01.2018 года Юрий Телятник – специально для сайта Южньюз

и газеты «Контакт».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *